Преступление и наказание (Мастерская)

По мнению Григория Козлова, «большой роман — это ценная для молодого актёра возможность получить необходимый жизненный и духовный опыт». Поэтому уже седьмое поколение студентов Козлова обращается к классике в своём выпускном спектакле.

Григорий Козлов: «Для инсценировок я выбираю произведения, в которых есть «длинная мысль», — она позволяет всем, кто с ней соприкасается, стать чуть‑чуть осмысленнее. Достоевский исследует природу человеческой души и духа; его главные темы переходят из романа в роман. Но всякий раз эти темы по‑разному раскрываются, каждый раз мы находим новую природу чувств. Для режиссёра и актёров здесь открывается огромное поле возможностей».

Спектакль получается крупноформатным. Зрелищные массовые сцены чередуются с откровенными актёрскими монологами, словно снятыми крупным планом. Сценография Николая Слободяника минималистична: герои помещены в условное пространство. Зритель то погружается в субъективное восприятие Раскольникова, то видит происходящее с более объективной точки зрения.

Григорий Козлов: «Классика не может быть устаревшей; мы надеемся, что нам удаётся находить для неё современное звучание. Но каким бы сложным, философским и полифоничным ни был литературный источник, на сцене необходима ещё и «простая история», понятная каждому зрителю».

В центре режиссёрской концепции «Преступления и наказания» лежит идея о ценности человеческих связей. Козлов акцентирует внимание на семейных узах Раскольникова: именно любовь и забота родных людей становятся той опорой, которая не даёт герою окончательно потерять себя и скатиться в бездну отчаяния. Всё происходящее на сцене происходит из любви, ведь все люди её достойны. Достоевский бы с этим согласился.

Григорий Козлов: «Достоевский всегда «на вырост». Но, изучая творчество этого автора, студенты знакомятся с таким богатым спектром эмоций, тончайших нюансов человеческой психики, острых ситуаций, с такой глубиной мысли, что после этого уже могут отправиться в любое путешествие».