Концертные танцы. Игра в карты. Танцсцены (Мариинский-2)

«Концертные танцы».

Danses Concertantes для камерного оркестра Игорь Стравинский изначально не планировал для балета. «Вопреки хореографическому названию, «Концертные танцы» не сочинялись с мыслью о танце», — утверждал композитор. Однако уже через неделю после оркестровой премьеры в 1942 году предложил Джорджу Баланчину поставить хореографию на написанную музыку. Так началась сценическая жизнь этого сочинения, сегодня включающая его танцевальные воплощения разными балетмейстерами.

«Для меня «Концертные танцы» — про соревнование, — говорит хореограф Александр Сергеев, подчеркивая, что слово сoncerto произошло от латинского «состязание». — Соревнование солистов друг с другом, солистов — с пятью парами, танцовщиков — со сложным ритмом, наконец, соревнование меня с самим собой. Мне хотелось создать спектакль, в котором были бы только музыка, энергетика и хореография — и больше ничего. Однако в процессе постановочных репетиций в «Танцах» стали появляться какие-то психологические моменты, взаимоотношения между участниками этого действа».

«Игра в карты».

Илья Живой: «Создавая концепцию балета, мы отказались от прямых отсылок к теме казино или карточных игр, иначе было бы слишком просто. Это касается всего: декораций, костюмов. Но полностью исключать данный момент мы тоже не стали, в спектакле есть отсылки к либретто Стравинского, сохранена структура партитуры.

Балет «Игра в карты» рассказывает зрителю не о покере, а о взаимоотношениях трёх главных героев. Это игра в любовный треугольник, где Дама, Король и Джокер — обыкновенные люди, но у каждого из них, как, впрочем, и в карточной игре, есть своё достоинство и предназначение.

Мы вдохновлялись полотнами Ротко, отсюда минимализм деталей, геометрия в декорационном оформлении и насыщенные цвета костюмов. Не забыли и о современных технологиях — действие сопровождают видеодизайн и активная световая партитура, а главные герои вечера — звёзды балета Мариинского театра, чей талант будет основным акцентом действия».

«Танцсцены».

«Бесконечные полупрозрачные падуги разбивают пространство сцены на несколько планов. Это слои нашей памяти, через которые мы пытаемся разглядеть прошедшую жизнь. Должно быть страшно, трагично и нежно одновременно, контрастно — так же, как в жизни, и так же, как в этой потрясающей музыке», — рассказывает художник Алексей Кондратьев о своей работе над балетом на музыку Симфонии in C Стравинского. Хореограф Вячеслав Самодуров увидел в этой симфонии отдельные танцевальные сцены.

Автор многих как сюжетных, так и бессюжетных балетов, Самодуров не формулирует фабулу нового своего сочинения, хотя подчеркивает, что для него танец всегда несёт эмоцию, не может без неё существовать. «Музыка симфонии жесткая, заостренная, где-то гипертрофированно заостренная и очень сложно устроенная, — мне это нравится», — говорит хореограф.