Барышня и хулиган. Ленинградская симфония

Возврат билетов в Мариинский театр, Концертный зал Мариинского театра и Мариинский театр Новая сцена не осуществляется. Осуществление возврата билетов невозможно по техническим причинам.Каждому зрителю необходимо приобретать билет! Посещение спектаклей и концертов детям до 5 лет нежелательно.Внимание! Билеты продаются для российских граждан. Для иностранных граждан действуют иные тарифы. Специальный тариф – тариф для всех граждан РФ, а также иностранных граждан, постоянно проживающих, работающих или обучающихся в России. Билеты для иностранных граждан можно приобрести только в кассах «КАССИР РУ».Внимание! На спектакли, проходящие на сценах Мариинского театра, Концертного зала Мариинского театра и Мариинского театра Новой сцены не распространяется действие акций и спец. предложений.Барышня и хулиганбалет на музыку Дмитрия ШостаковичаПремьера – 28 декабря 1962 года, МАЛЕГОТ, ЛенинградПремьера в Мариинском театре – 30 мая 2001 годаПродолжительность спектакля 45 минутВозрастная категория 12+АВТОРЫ И ПОСТАНОВЩИКИМузыка Дмитрия ШостаковичаХореография Константина Боярского (1962)Либретто Александра Белинского по киносценарию Владимира МаяковскогоДекорации Вячеслава Окунева по мотивам сценографии Валерия ДоррераКостюмы Татьяны НогиновойХудожник по свету – Владимир ЛукасевичАдаптация света на сцене Мариинского-2 – Андрей Понизовский, Егор КарташовКРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕЭпизод 1. Рабочая окраина. Хозяин улицы – молодой парень Хулиган.На него большое впечатление производит Барышня.Эпизод 2. В школе. В новой учительнице Хулиган узнает Барышню.Она останавливает «распоясавшегося» Хулигана.Эпизод 3. В парке. Хулиган хочет сказать Барышне о своей любви.Она убегает.Эпизод 4. Хулиган в ресторане. Барышня представляется ему видением.Он бежит к ней. Вожак пытается задержать его.Эпизод 5. Хулиган у дома Барышни.Эпизод 6. Парк. Пьяные парни разгоняют гуляющих.Хулиган вступается за Барышню и ее подруг. Бывшие приятели мстят Хулигану.Смертельно раненный, он идет к дому Барышни.Эпизод 7. Улица. Хулиган умирает на руках Барышни.Этот балет – неродное дитя на Мариинской сцене: созданный в 1962 году в ленинградском Малом театре оперы и балета, обошедший многие сцены Советского Союза, только в 2001-ом он появился в афише Мариинского. А предыстория этого некогда так востребованного спектакля о послереволюционном лихолетье такова. В 1918 году на российские экраны вышел художественный фильм «Барышня и хулиган», поставленный по сценарию Владимира Маяковского. За основу сюжета был взят рассказ итальянского писателя Эдмондо де Амичиса «Учительница рабочих». Главный герой – Хулиган в исполнении Маяковского видел на улице новую школьную учительницу и с первого взгляда в нее влюблялся. Вскоре он начинал посещать ее занятия. А однажды, защищая учительницу (Барышню), Хулиган в драке получал смертельную рану и умирал на глазах возлюбленной. В начале 1960-х годов по мотивам фильма Александр Белинский создал либретто одноименного балета, а балетмейстер МАЛЕГОТа Константин Боярский придумал хореографическое решение. Музыка была взята из трех многострадальных балетов Дмитрия Шостаковича – «Болт», «Золотой век» и «Светлый ручей», также в партитуру были включены фрагменты из музыки Шостаковича к кинофильмам. Премьера балета «Барышня и хулиган» состоялась в 1962 году. Советскому зрителю, за годы господства на сцене драмбалета привыкшему к балетам-пьесам, пришлась по вкусу рассказанная в танце история о нравственном перерождении Хулигана под влиянием незнакомого ему прежде чувства любви. В афише Малого оперного театра спектакль оставался вплоть до 1987 года. Один из последних его Хулиганов, Евгений Мясищев, вместе с коллегой по театру Екатериной Павловой и блиставшим в партии Хулигана в Новосибирском театре оперы и балета Сергеем Савковым в 2001-ом вернули к жизни спектакль Боярского на Мариинской сцене. Ольга МакароваЛенинградская симфония балет на музыку Дмитрия ШостаковичаПремьера – 14 апреля 1961 года, Театр оперы и балета им. С. М. Кирова (Мариинский)Премьера реконструкции – 30 мая 2001 года, Мариинский театрПродолжительность спектакля 30 минутВозрастная категория 6+АВТОРЫ И ПОСТАНОВЩИКИМузыка Дмитрия ШостаковичаСценарий и хореография Игоря БельскогоХудожник – Михаил ГордонХудожник по свету – Владимир ЛукасевичАдаптация света на сцене Мариинского-2 – Андрей Понизовский, Егор КарташовК началу 1960-х годов за Седьмой симфонией Шостаковича стояла широко разработанная мифология: начало работы над ней в бомбардируемом Ленинграде, доставка партитуры самолетом в осажденный город (см. у Ахматовой в «Поэме без героя»), прямая трансляция на передовую из блокадного города в день его предполагаемого взятия и так далее. Сам автор – живой и активно действующий – сделался отчасти мифологическим персонажем. В игровой ленте Захара Аграненко «Ленинградская симфония», вышедшей на экраны в 1958-м и посвященной как раз ленинградской премьере сочинения, Шостакович оказывался единственным персонажем под реальной фамилией – и в кадре не появлялся, оставаясь сверхгероем мифа. Все это важно знать, чтобы оценить груз, который принимал на себя хореограф Игорь Бельский, приступая к постановке балета на музыку первой части симфонии.На премьере балет назывался «Седьмая симфония» – заголовок сухо жанровый, стерильный. Возможно, так Бельский пытался дистанцироваться от тяжкого, обязывающего мифа этого сочинения: Седьмых симфоний много, «Ленинградская» только одна. Хореограф прежде всего решал две формальные задачи. Во-первых, создание абстрактно-метафорической, чисто танцевальной системы – в противовес «реалистической», любившей длинные титулы, бутафорию и антикварную мебель, но почти не танцевавшей хореодраме 1930–1950-х. Во-вторых, построение танцевальной структуры, аналогичной структуре музыкальной, что впоследствии было обозначено термином «хореографический симфонизм».Решить эти задачи Бельский ранее пытался в трехактном балете «Берег надежды» (1959). В 25-минутной «Седьмой симфонии» принцип был доведен до абсолюта. Герои балета – Юноша, Девушка, Предатель. Силы зла представляют условные Варвары, об их родословной говорят лишь некоторые жесты да коричневый цвет комбинезонов. На конкретное место действия намекает силуэт башни со шпилем, данный в несколько штрихов на белом заднике-экране. Сцена вообще пуста, только емкие задники-плакаты сменяют друг друга: балет оформил не маститый сценограф, а график-плакатист Михаил Гордон. Никаких разрушенных ленинградских фасадов, противотанковых ежей, бутафорского оружия, свастик и реальной униформы, как это могло быть в балете на тему блокады еще лет десять тому назад.Балет готовили «вне плана», в нерабочее время, под магнитофонную запись (что тогда было внове). «Седьмая симфония» – вместе с «Каменным цветком» Григоровича – вывела на сцену поколение молодых артистов, с именами которых сегодня ассоциируется эпоха оттепели. Ее, балетной оттепели, символом стал именно прыжок-взлет Юрия Соловьева в партии Юноши, прыжок «космического Юрия», как потом стали называть танцовщика (даром что премьера балета Бельского состоялась через два дня после полета Гагарина).В партии Юноши также выступали Анатолий Нисневич, Олег Соколов, Александр Грибов; их Девушками были Алла Сизова, Калерия Федичева, Габриэла Комлева, Наталья Макарова.Начиная с шестого представления (6 июня 1962 года) балет назывался «Ленинградская симфония». Получившую зрительский успех и партийное одобрение постановку растиражировали в театрах Советского Союза. На родной сцене спектакль возобновили в 1991-м и реконструировали в 2001-м. По традиции его исполняют дважды в сезон, в самые важные для петербуржцев даты: День снятия блокады и День Победы.«Ленинградскую симфонию» Бельского почти сразу назвали поворотным пунктом в истории советского балета и прямой наследницей «Величия мироздания» – легендарного спектакля Федора Лопухова на музыку Четвертой симфонии Бетховена, прошедшего единственный раз в 1923 году при полном недоумении наблюдателей. Идею балета-симфонии Бельский позже развернул в огромное полотно «Одиннадцатая симфония» на музыку одноименного опуса Шостаковича, уже на сцене Ленинградского Малого оперного театра (1966). Опыт оказался не столь удачным, к постановке симфоний Бельский больше не возвращался, однако хореографический симфонизм как структурная модель и как художественная идеология надолго стал idée fixe теоретиков советского балета. Богдан