25-й год (Сад искусств)

«Я не участвовал ни в мятежах, свойственных толпе, ни в заговорах, приличных рабам. Единственное оружие моё — мысль» (М. Лунин).

Эта история не о восстании на Сенатской, а о восстании духа. Герой в свой «последний час» анализирует жизнь с беспощадной честностью хирурга. Лунин предстает не как памятник из учебника, а как живой человек: сомневающийся, любящий, ненавидящий и отчаянно ищущий ответ на проклятый вопрос: «Во имя чего всё это было?».