Бетховен. Торжественная месса

«Пусть оно идет от сердца к сердцу» — таким эпиграфом Бетховен напутствует тех, кто открывает партитуру его Торжественной мессы. А рядом с указанием на темп первой части, Assai sostenuto («весьма сдержанно»), добавляет: «молитвенно». От сердца к сердцу и далее, приумножая, — к другим сердцам — со всеми сердцами на свете Бетховен делится своим духовно-этическим опытом, выраженным в музыке. Символично, что само слово «литургия» — другое обозначение мессы — переводится как «общее дело». Отгороженный от мира глухотой, бессемейный, с тяжелым характером, Бетховен в двух своих грандиозных поздних шедеврах — Девятой симфонии и Торжественной мессе — не просто изображает единение человечества, не просто призывает к братству, а таинственным образом творит его. Торжественную мессу Бетховен завещал всем: верующим и агностикам, современникам и потомкам. При этом исходный замысел 123-го опуса великого симфониста был значительно скромнее: Месса должна была прозвучать 9 марта 1820 года на праздничном богослужении по случаю посвящения эрцгерцога Рудольфа, давнего бетховенского друга и ученика, в епископский сан. Композитор не только опоздал на три года (Месса была окончена в начале 1823-го), но и оставил далеко позади все лимиты, позволяющие использовать написанную им музыку по прикладному назначению. Торжественная месса длится около девяноста минут; встроенная в последовательность церковной литургии, она растянула бы ее до невозможных масштабов. Бетховен понимал это и потому сразу предложил исполнять Мессу в концертах, в качестве оратории. Однако в эпоху меттерниховской Реставрации подобные вольности в обращении с богослужебными жанрами не допускались. Мессе долгое время не находилось места ни в концертном репертуаре, ни в церковной практике. Ее венская премьера 7 мая 1824 года включала в себя только три части, к тому же переведенные с латыни на немецкий язык. Зато за месяц до этого события, 7 апреля, Missa solemnis Бетховена прозвучала без купюр в далеком Санкт-Петербурге, в доме купца Кусовникова у Казанского моста, там, где сегодня расположен Малый зал Петербургской филармонии. Благодаря усилиям князя Николая Голицына русская аристократическая публика ровно двести лет назад смогла первой в мире услышать то произведение, которое Бетховен считал венцом своего творчества.